Недолго опломбированный импортный алкотестер, несанкционированный доступ в чрево которого — задача почти непосильная, мучил сотрудников ГАИ и врачей-наркологов вопросом: как заставить заморскую диковину выдавать желаемый результат? Поставить измерительный прибор на службу собственным интересам оказалось столь просто, что авторы изобретения от радости, говорят, даже вспотели...
Субботним вечером Петровичу преградил дорогу инспектор ДПС и жестом велел припарковаться поближе к автобусу, на котором аршинными буквами было написано “передвижная наркологическая лаборатория”. Трезвый как никогда прежде Петрович с уверенностью в благополучный исход предстал перед тетей в белом халате и радостно принялся отвечать на дежурные вопросы типа “пил — не пил?”, “какие лекарства принимал?” и “все ли в порядке ли со стулом?”.
Завершив допрос, от стула тетенька подвела Петровича к столу, на котором стоял весьма странный прибор с лампочками, но без дисплея, и попросила что есть мочи дунуть в него. На всю мочь Петрович дунул. Лампочка предательски моргнула…
— Принимайте, лейтенант, — скомандовала врачиха. — Алкогольное...
Однако акт медицинского освидетельствования заполнять не стала…
В милицейской машине, куда Петрович был приглашен для составления протокола, гаишник принялся читать ему лекцию о гарантированном лишении права управления на два года, изредка замолкая в ожидании подобающей реакции.
— Да трезвый я, лейтенант, — всякий раз уверенно парировал Петрович.
— Это как сказать… — задумчиво всякий раз отвечал инспектор, демонстративно (уже в который раз!) порываясь составить протокол.
Поскольку Петрович оказался упертым, да еще и жадным, и ждать от него отступных было бессмысленно, лейтенант потребовал продуться еще раз. Мол, дабы убедиться, что ошибка исключена…
В передвижной лаборатории та же румяная тетя в белом халате с явным выражением на лице “ну я-то тебя точно дожму!” подсунула Петровичу абсолютно другой прибор — настоящий, с дисплеем.
Ни о чем не подозревающий Петрович от души дунул. Показания алкотестера на дисплее врачиха демонстрировать не стала — сейчас, мол, все увидишь на распечатке.
В мгновение ока она присоединила к алкотестеру кабель от принтера и радостно принялась ждать, когда вылезет приговор несговорчивому Петровичу.
Приговор — бумажка, очень похожая на кассовый чек, — удивил даже гаишника: Петрович, судя по ней, был просто "никакой"…
— Подпишите, — распорядилась врачиха и подсунула чек.
И тут Петровича осенило: на чеке время забора выдыхаемого воздуха отличалось на 11 минут от времени реального! При этом (Петровичу удалось-таки заглянуть в дисплей алкотестера) время на приборе от настоящего не отличалось ничем!
Вопрос: "Почему время на чеке 19.29, а дул я в 19.40?" — встретил бурю негодования. Сообразительного Петровича тотчас же выставили пинком под зад, вслед швырнули документы и пожелали найти свой последний столб…
Дайте патент на изобретение!
Сей механизм облапошивания, изобретенный неизвестной врачебно-милицейской бригадой, незатейлив, как милицейский свисток.
Первичное освидетельствование с помощью прибора индикации (не путать со средством измерения — средство измерения выдает количественный результат!), которое проводит жуликоватый врач-нарколог, призвано заставить испытуемого усомниться в собственной трезвости. Ведь кто ж его знает, отчего загорелась лампочка… Податливые водители после такого маневра, как правило, в милицейском автомобиле договариваются с инспектором об обоюдном доставлении удовольствия.
Если же водитель оказывается “принципиальным Петровичем”, его снова подвергают экспертизе, но уже с помощью правильного прибора — опломбированного алкотестера, выдающего на дисплее количественный результат.
Очевидно, что в момент проведения воспитательной беседы в патрульном автомобиле врач-нарколог "накачивает" алкотестер до требуемой кондиции (способов, говорят, существует множество) и лишь потом, после продувания прибора Петровичем, подключает к прибору принтер.
В результате таких манипуляций из принтера выползает чек, который стоял первым в очереди на распечатку (датированный временем 19.29), но не имевший возможности показаться на белый свет по причине отсутствия связи с принтером. А чек, имеющий прямое отношение к экспертизе Петровича, остается нераспечатанным. И на глаза Петровичу уже никогда не попадется…
Расценки столичных гаишников, берущихся “замять дело” на стадии, предшествующей медицинскому освидетельствованию, колеблются от 50 до 90 тысяч рублей. После проведения экспертизы, когда появилось целое дело, эта сумма вырастает более чем в два раза.
А потому, если у вас нет лишних денег и вы не желаете совершать уголовное преступление — дачу взятки должностному лицу, не позволяйте оболванивать себя, будьте бдительны: вооружайтесь швейцарскими часами и следите за временем.
По материалам: Московский Комсомолец